Часы показывали 23:47.
– Сколько осталось?
– Двенадцать человек. Ещё три журнала.
Ручка скрипела по бумаге. Свет от настольной lampы выхватывал из темноты лица – уставшие, бледные. Начальник отдела кадров, его заместитель и студент-практикант, которого попросили «помочь с бумажками».
– Иванов расписался за март? – спросил зам.
– Нет, он же в отпуске был.
– Поставь за него. Неважно.
Студент поднял голову.
– А это законно?
– Слушай, парень, завтра проверка. Если мы не покажем журналы – нас оштрафуют. Если покажем – всё нормально. Ты хочешь, чтобы завод закрыли?
Студент опустил голову и продолжил ставить подписи.
В 2:15 закончили. Журналы лежали стопкой – красивые, заполненные, с ровными подписями. Настоящее произведение искусства.
Утром приехал инспектор. Молодой. Вежливый. С планшетом.
– Здравствуйте. Плановая проверка. Покажите документы.
Ему принесли журналы. Он полистал. Посмотрел на подписи. Положил на стол.
– Скажите, – спросил он, – а почему у вас Иванов расписался за обучение в марте, если он в марте был в отпуске? Мы проверили по табелю.
Тишина.
– И Петров. Он уволился в феврале. А подпись стоит за апрель.
Тишина.
– И ещё двадцать три человека. Все расписались в те дни, когда их не было на предприятии.
Начальник отдела кадров побледнел.
– Мы… мы готовились…
– Вы готовили подлог, – сказал инспектор. – Это не проверка. Это административное расследование.
Когда он ушёл, начальник отдела кадров набрал номер.
– Алло, Edutrade? У нас проблема.
Из кабинета доносился запах валерьянки. За окном светало. Журналы лежали на столе – красивые, заполненные, бесполезные.